КОНТРАБАНДА || журнал • новости • интернет-радио. - Глоток свежего воздуха: фестиваль независимого кино «2morrow»

Искать

Глоток свежего воздуха: фестиваль независимого кино «2morrow»

18.10.2012 06:52, Кино: статьи


Яна
Агафонова

В Москве прошел  фестиваль независимого кино «2morrow». Помимо основной конкурсной программы публике представили также программу «Оффсайд», в которой, как выразился один из её кураторов, попытались собрать работы «искренних авторов, которые загораются и снимают кино». Поиск работ осуществлялся преимущественно в регионах России.

Всего в программу фестиваля входило шесть картин:  четыре с хронометражом от 61 до 84 минут, и две  - работы студентов группы «Промвыза» и киношколы Урало-Сибирского региона. Уровень всех демонстрируемых работ варьировался от профессионального до любительского. Наиболее любопытными демонстрируемыми картинами были «Человек из банки» Ивана Кульнева и «Вольные боотуры» Романа Дорофеева и Дмитрия Шадрина.

Искусству отведена функция питать и упражнять человеческий ум. И при выборе продукта употребления, должного обеспечить наилучшее функционирование нашего организма, идет ли речь о свежем воздухе, еде или объектах искусства, резонно исходить из тезиса «ты то, что ты ешь». Ты есть то, то ты употребляешь.

Хуже низкого качества продукта, может быть только переполненность рынка низким качеством. Особенно это в аудио-визуальной сфере. Подавляющее большинство наименований этой области сделано по принципу fast-food: минимум действий при изготовлении, минимум напряжения для употребления. Оставаясь в мегаполисе, невозможно полностью оградить себя от их влияния. Здесь совершенно не важна приверженность радио и телевидению. Аудио-визуальные полуфабрикаты существуют и вне рамок официального вещания. Это как с воздухом –  дышать нам приходиться тем, что есть, вне зависимости от предпочтений и вкусов.

Основные принципы формирования любого аудио-визуального продукта формируются из кинематографических законов.

Если в прошлом отечественный кинематограф имел в своем распоряжении твердую базисную теорию, то в настоящем времени прочный теоретический фундамент замещен на пафос в его различных проявлениях и формах. Эта тенденция настолько распространена, что пафос преобладает в своих позициях уже тогда, когда будущее произведение не достигло и значения нуля. Болезнь, которая допускает эту тенденцию – умственная лень. Заболевание, которому, наряду с излишней самоуверенностью, подвержены многие нынешние авторы.

Выводя принципы построения драматургической конструкции, Аристотель замечает, что все берет своё начало в подражании. Еще раньше его учитель Платон говорит о том, что, формируясь, вселенная подражает своему творцу.

Образец имеет свойство влиять на подражателей. Дело не в беспомощности или восхищении. В определенной мере, подражание является естественной составляющей при формировании действия. Соотнесение с определенными образцами происходит автоматически.

В том случае, когда российский кинематограф игнорирует опыт мастеров минувшего века, ориентируясь на Запад, то и молодое поколение послушно движется за своим пастухом. Многие из молодых творцов являются студентами или выпускниками учебных заведений с громкими именами, или же оказываются молодыми сотрудниками серьезных медийных компаний. В учебных заведениях им поправляют ошибки, практика в масс-медиа дает представление о конечном виде наиболее актуального продукта.

Каков же результат? Низкокачественный продукт сомнительного происхождения, задача которого быть хорошо продаваемым.  Пафос. Самоуверенность. Удручающая картина серого неба над головой, которое заволокло выбросами загрязнений в атмосферу.

Академические рамки, «звездность», уверенность в собственной уникальности и уникальности собственных идей, нежелание приобрести необходимый опыт, простое отсутствие простой внимательности, а главное, желание трона как основная мотивировка – все это причины мертвых произведений молодых авторов. Cos’ we all wanna be rockstars (c).

Чего же лишены эти творения?

Во время мастер-класса в рамках фестиваля независимого кино «2morrow», южнокорейский режиссер Ким Ки Дук, не являющийся выпускником какой-либо киношколы, говорил о важности свободы и самостоятельности души и мыслей режиссера. Именно душа делает мертвое живым. Без какой-либо претензии на оригинальность: мечта, искренность, чистота помыслов дают произведению жизнь. Именно отсутствие этих компонентов приводят к недостатку свежего воздуха в непроглядной духоте современной видео продукции.

Однако, когда одно явление достигает своего пика, в противовес ему возникает явление противоположного свойства, ибо все в этом мире работает на сохранение баланса.

Любопытно, что невежество бывает предпочтительнее образованности. Когда образованность перестает мыслить дальше собственных  рамок, она приобретает ограниченность и теряет статус развивающегося живого организма. Замыкаясь на собственном факте, образованность отрезает себе путь к питанию, что приводит к иссыханию, к смерти.

Неграмотность же отталкивает, когда она – продукт скудоумия и тщеславного игнорирования опыта прошлых поколений. Неграмотность ребенка, честно выражающегося свои мысли в процессе познания мира, не вызывает осуждения или раздражения. Взрослому же человеку безответственно быть неграмотным. Но если он честен, порой, его неграмотность может стать самым лучшим гарантом его искренности.

«Человек из банки» сделан режиссером-самоучкой. Не имея специального образования, ориентируясь на отзывы зрителей о своих предыдущих творениях, Иван Кульнев самостоятельно, на собственные средства, как он выразился, «довел фильм до титров».

Картина повествует о выращенном гиперзаботливой мамочкой тепличном юноше Саше, который неравнодушен к живописи и мечтает встретить свою истинную любовь. Судьба сводит его с организатором выставок Асей. Она помогает Саше реализоваться,  как художнику и открывает ему путь к свободе от мамочкиного крыла. В финальной сцене фильма Ася и Саша прогуливаются с коляской под увещевания Сашиной мамы.

Сюжет не несет в себе оригинальности, визуальное повествование лишено киноязыка, конструкция картины выполнена грубо. И все же, несмотря на своё несовершенство с точки зрения академической формы, картина способна взаимодействовать со зрителем. Она строит с диалог, общается. Она живет. Это объективно наивная сказка, но абсолютно живая, которой есть что сказать. Каждый крохотный элемент в составе этой работы рассказывает что-то личное, интимное, о том, кто его сюда вложил. Дело не в близости автора и сюжета.

 Картина построена на эмоциях, переживаниях и впечатлениях автора из различных источников. Подобно детской книжке-игрушке, на страницах которой изображения могут раскладываться и складываться или даже двигаться при помощи специальных рычагов, в эпизодах «Человека из банки» поднимаются образы души автора. «Человек из банки» это личность режиссера, который предельно честен со своим зрителем. Он рассказывает то, во что верит. Рассказывает своим собственным способом, со свойственными ему просторечиями, не прибегая к излишней мишуре, к нанесению того глянца, который, создавая иллюзорную видимость красоты, и есть основная причина загрязнения атмосферной зоны в аудио-визуальной сфере. На протяжении всего повествования картина не отпускает зрителя, не повторяясь в своих фразах и не наливая «воды». Полноценно функционирующий организм «Человека из банки» способен к самостоятельной жизни.

Не менее любопытно сделаны «Вольные боотуры». Здесь рассказ идет о приключениях наемных воинов, разыскивающих похищенную накануне праздника дочь хозяина якутских земель. Примечательно, что авторы этой картины Роман Дорофеев и Дмитрий Шадрин имеют актерское и продюсерское образование, но также не обучались режиссерскому ремеслу.

Визуальное решение этого примера их работы выполнено крайне скромно. Минимум звукового сопровождения. А те редкие музыкальные оформления, что встречаются в картине, выполнены резко и грубовато, как будто на тело живого человека клеем-карандашом приклеены бумажные аксессуары. Киноязык, как и в случае с «Человеком в банке», также отсутствует. Но нарратив этой истории удивительным образом живет не в её прямых иллюстрациях, а в сильной актерской игре. Пластичность героев настолько иллюстративна, что надобность в дополнительных выразительных средствах отпадает. Отсутствие монтажных фраз, смысловых сообщений кадров полностью компенсируется действиями персонажей.

Сила нарративного вектора настолько велика, что способна выполнить задачу всех выразительных средств кинематографа, создать полноценное и объемное пространство действия. Основными взаимодействующими со зрителем элементами в этой работе являются её герои, которые не просто захватывают и увлекают зрителя своим изобразительным танцем, но и оказываются способны перенести его в свой мир. При просмотре картины не возникает ощущения обманутости. Полностью лишенные надувательства дешевыми спецэффектами и прочим лоском, «Вольные боотуры» предельно честны со своим зрителем. В своем изобразительном ряде они демонстрируют то, что у них действительно есть и не пытаются создать иллюзию того, чем, на самом деле, не располагают.

На фоне аккуратно прилизанных картинок в красивых обертках такие работы как «Вольные боотуры» и «Человек из банки» являются глотком свежего воздуха в тесной, душной комнате, спасающие от кислородного голодания. Своей способностью жить и дышать эти картины вызывают желание жить и дышать самостоятельно. Важно также заметить, что Иван Кульнев сумел организовать успешный прокат своей картины в родном городе Петрозаводске и получил положительные отзывы аудитории. Роман Дорофеев и Дмитрий Шадрин, помимо признания на родине, получили первое место в программе «Оффсайд».

Дополнительная информация