КОНТРАБАНДА || журнал • новости • интернет-радио. - Дар, который не отнимется (пересматривая "Андрея Рублева")

Искать

Дар, который не отнимется (пересматривая "Андрея Рублева")

14.04.2012 14:21, Кино: рецензии


Владимир
Голышев

Накануне Пасхи в который раз посмотрел «Андрея Рублева». Вроде, наизусть уже знаю фильм. А всё равно будто обухом по голове - настолько всё свежее. Будто вчера снято.

И полемика Андрея с суровым Феофаном (мертвый Феофан в разрушенном храме признаёт правоту Андрея) - куда уж современнее?!

Жаль, нынешние «ревнители православия» другие фильмы смотрят.

И совершенно потрясающая история скомороха, которого за оскорбление светских властей упромыслил гордый монах Кирилл - настучал дружинникам. Ничего не напоминает?

И душераздирающая сцена соблазнения блаженной ордынцами - точной копией нынешних «распальцованных» выходцев с Северного Кавказа…

И набег! Русский князь и его дружина рука об руку с ордынцами пытают и убивают русских. И самое страшное то, что брат его («великий князь») - ровно такой же упырь. То есть, русские при любом раскладе (Путин, не Путин - не важно) - мясо. А в выигрыше всегда «ордынцы»...

Но больше всего в этот раз задела новелла «Страшный суд». Андрей всё никак не мог начать роспись собора. Говорит Даниилу на гречишном поле: «Людей не хочу пугать»...

Потом стену испачкал...

И вдруг его осенило – «сатори» случилось: «Ну какие же они грешницы?!!! Даже если без платка». И с безумно красивой беззащитной улыбкой добавляет: «Тоже мне грешниц нашли... ». И так, улыбаясь, выбегает под дождь...

Потом долго думал: почему прежде я этот момент не замечал? Помнил, конечно. Но не впечатлялся так сильно, как в этот раз.

Дело в том, что раньше я не задавался вопросом: о каких «грешницах» идёт речь.

Андрей, вроде как, на блаженную смотрел в этот момент. Вот я и решил, что он говорит о «женщинах, как таковых».

И только в этот раз я понял, что Андрей говорит о КОНКРЕТНЫХ женщинах – о язычницах, праздновавших Ивана Купалу. То есть, Андрей с той ночи всё время об этом думал. Сердце ему не велело язычниц осуждать, а «буква» - вроде бы, велела. Андрей терзался, терзался и дилемму эту для себя решил - «тоже мне грешниц нашли!».

Собственно, тайна Рублёва и всего русского православия ровно в этом.

В русском православии, вообще, исключается осуждение кого-либо за что-либо.

Для русского православного человека есть только один грешник - он сам.

Русский православный человек органически неспособен требовать наказания не то, что за нестандартное поведение или чьи-то личные грехи – даже за ереси!

Обнаруживать и обличать ереси можно и нужно - нельзя требовать расправы или сочувствовать расправе над еретиками.

Так Сергий Радонежский отказался осуждать стригольников, Нил Сорский отказался осуждать «жидовствующих».

Вряд ли преподобные сочувствовали этим ересям. Но каждый из них думал о своей бессмертной душе. Ведь брать на себя функции прокурора или палача (хотя бы одним осудительным словом) – значит предавать Христа. А какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит? или какой выкуп даст человек за душу свою? (Мф.16,26).

У русских православных так. А те, у кого иначе - не русские. Или не православные.

Это не наша «национальная заслуга», а такой дар - Руси от Христа... За детски-доверчивое принятие веры и крещения.

(Вспомните как ученые греческие епископы искренне не понимали, что это за странных святых себе русские нашли - какие-то братья, убитые братом... От неграмотности славянской, наверное...)

И остается надеяться, что мы этот дар не совсем растеряли...

Если сами от него не откажемся, совсем он от нас не отнимется.

Я в этом уверен.

Христос воскресе!

Дополнительная информация