КОНТРАБАНДА || журнал • новости • интернет-радио. - Неудачник с большими надеждами: рецензия на фильм "Обезьяна"

Искать

Неудачник с большими надеждами: рецензия на фильм "Обезьяна"

12.05.2013 06:38, Кино: рецензии


Яна
Агафонова

С 24.04 по 30.04 в Москве проходил уже 3-й фестиваль «Другое Кино».  Главная цель фестиваля - «прописывать в России неизвестные широкой публике имена». Картиной закрытия стал фильм молодого американского режиссера Джоэла Потрикуса «Обезьяна». Будучи 4-й картиной режиссера и его 1-й полнометражной работой «Обезьяна» была признана лучшим дебютом в Локарно – фестивале ровеснике Каннского и удостоилась особого упоминания жюри.

Сюжет «Обезьяны» рассказывает историю молодого человека и, по совместительству, комика Трэвора ( Джошуа Бердж ). 

Трэвор типичный главный герой – неудачник с большими мечтами, который однажды всем докажет, что чего-то он да стоит. Целыми дням герой репетируют шутки собственного авторства, пытаясь найти тот ключ, который убедит публику, что он умеет шутить. Пока Трэвору это не удается – успеха он не имеет, и единственный, кто над ним смеется это другой участник шоу комик Спайсер. И тот, в основном, насмехается над оппонентом. А дела у Трэвора идут все хуже и хуже: хозяин не додает зарплату, отключают кабельное телевидение за неуплату. Желая помочь местному разгильдяю, герой, случайно, дает ему 10 долларов вместо 2-х. Но слишком поздно обнаруживает свою ошибку – разгильдяй уже все потратил на пиво, оставив, таким образом, Трэвора без денег вовсе, но обещает вернуть долг. Главный герой флегматично наблюдает как рушиться его жизнь. Но однажды ему выпадает невиданный шанс. Появившийся из ниоткуда продавец овощей в костюме дьявола соглашается отдать Трэвору яблоко в обмен на шутку. Съев яблоко, молодой комик внезапно чувствует прилив сил, который помогает ему преодолеть все невзгоды, и жизнь в один миг меняет свои краски. В финале Трэвор обретает себя.

Картина «Обезьяна» является малобюджетной. И, как это часто бывает в случае малобюджетных картин и дебютных работ, произведение начисто лишено киноязыка. Всю историю зритель узнает через действия внутри кадра, но не через визуальное повествование. Операторская работа в своем факте выдает саму себя и представляет собой фиксацию актерской игры и даже выдает швы картины. Зрителю не предложено переживать или даже наблюдать жизнь главного героя. Ощущая местами грубые швы картины, зритель невольно оказывается на съемочной площадке и до конца смотрит картину изнутри рабочего процесса. Особенно явно это ощущается в эпизоде на автобусной остановке. Лениво слушая нелепую болтовню посторонней дамы, Трэвор внезапно замечает, как некий мужчина пытается украсть припаркованный велосипед. Перемена во внимании Трэвора показана одним планом. Наблюдая персонажа в средней крупности, зритель сначала видит его равнодушным и немного раздраженным, а затем, внутри этого же плана, наблюдает как Трэвор сосредотачивается и фокусирует внимание на чем-то за левой рамкой кадра. Камера в этом случае не является глазами героя и зритель не только не видит того, что привлекло внимание Трэвора, он в полной мере ощущает всю беспомощность камеры в передаче ощущений персонажа. Из всех прочих квантов всей картины этот в полной мере демонстрирует задачу камеры как фиксатора действия, а игру актеров как основной передающий нарратив элемент. 

Тем не менее, не смотря на эту, несколько маргинальную манеру съемки, сюжет картины имеет очень сильную и прочную драматургическую конструкцию, а все её элементы расставлены точно по своим местам и исполнены в нужной пропорции. Функция каждого определенна, четко сформулирована и работает именно так, как она должна работать.

Главный герой постоянно находится в нервном напряжении, он всегда неспокоен. Монтажная фраза, передающая это ощущение зрителю, отсутствует. Но режиссер обозначает это в тексте своего произведения через внутрикадровые дйествия персонажа. Трэвор постоянно что-нибудь сжигает. И не просто сжигает, а даёт волю своей пиромании, эксперементируя с объектами и способами сжигания. Эти эпизоды всегда сопровождены молчанием главного героя и имеют место быть в, преимущественно, в перерывах между домашними репетициями Трэвора. Изнуренный бесконечными поисками, герой поддается мыслям о бессмысленности этих поисков. Таким образом, автор говорит о внутреннем через внешнее.

Важным рисующим элементом данного произведения, за неимением киноязыка, является, естественно игра актеров. Тут надо отдать должное и актерскому составу и, написавшего их роли, автора. Все персонажи «Обезьяны» яркие и, по-настоящему, живые. Каждый из них не просто индивидуальность, а отдельный элемент драматургической конструкции, приводящий в действие механизм повествования. «Обезьяну» по праву можно назвать живым кинематографическим организмом со своей внутренней организацией. Взаимосвязь и взаимодействие элементов в данном произведении демонстрируют продуманно сконструированную вселенную, где одно последовательно сменяет другое.  

Джоэла Потрикуса не зря сравнивают с Джимом Джармушом – оба автора строят своё повествование на персонажах, что приближает их в некоторой степени к эстетике порно.

Пластика Джошуа Берджа позволяет ему передать большой информационный объем в его игре. Как уже было отмечено ранее, несмотря на отсутствие киноязыка, эмоции Трэвора ощутимы в достаточной мере. В эпизоде расправы над соседом, жестоко избивающем подружку, все внутреннее напряжение главного героя передано именно благодаря яркому переживанию роли внутри актера. Вся кульминационность данного эпизода отражена в реалистичности его построения и многогранной пластике актера. Совершенно не уверенный, поддавшийся краткому благородному порыву защитить даму, Трэвор сначала обнаруживает свою беспомощность перед нетрезвым соседом-качком, а затем проделывает целый путь к высвобождению и направлению в нужное русло своего гнева. Мощь энергетики данного эпизода поражает.    

Отдельного внимания также стоит символизм, которым пронизана картина. Использованные символы близки в своей буквальности к абсурдизму. Данное использование символизма делает «Обезьяну» картиной сюрреалистической. И вполне оправдывает сравнение в русской прессе с другим мэтром кино – Дэвидом Линчем. Сделку с Сатаной Трэвор заключает с человеком, одетым в условный костюм дьявола – на нем рога и плащ. Табличка на его лотке с овощами гласит «Фрукты». Данный символ несет двойную функциональность, являясь и поворотный действием для развития сюжета и художественным элементом создания атмосферы повествования. Табличка это одновременно и подсказка о предмете сделки, которую важно распознать Трэвору и авторская интерпретация персонажа Дьявола – он торгует не тем, что предлагает. Другой символ это человек в костюме гориллы, находящийся всегда на отдалении от главного героя, но всегда привлекающего его пристальное внимание, граничащее с нервным возбуждением. По мере того как Трэвор преодолевает все свои внутренние барьеры, освобождая, таким образом, себя, горилла оказывается ближе. В финалообразующем эпизоде, когда, уставший от постоянного повтора своих шуток, Трэвор выходит на сцену, но заявляет, что хохмить сегодня отказывается, а затем выливает на публику поток своих мыслей, горилла маячит перед главным героем в ореоле света вокруг её головы. Как никогда Трэвор близок к внутреннему раскрепощению и обретению гармонии. После этого автор возвращает зрителя к прологу картины. Главный герой, одетый в белую рубашку, приближаясь уверенным шагом к дому своего ненавистного босса, устраивает небольшой, даже, символический пожар, а затем находит выпуск своему, сменившему гнев, облегчению в прослушиваю агрессивной музыки. Эпизод несколько отсылающий зрителя к «Забавным играм» Михаэля Ханеке подтверждает слова автора о влиянии австрийского режиссера на свои работы. Закольцевав всё своё повествование автор подводит нас к финалу,  который во всей полноте раскрывает историю о самообретении через катарсис.

В финале картины зритель видит дурашливо двигающуюся гориллу, под маской которой оказывается Трэвор. Герой, наконец, обрел себя – он обезьяна, призванная смешить людей. 

 

Дополнительная информация