КОНТРАБАНДА || журнал • новости • интернет-радио. - Герои панк-рока по средам, ч.97: Damir Avdić (Босния и Герцеговина)

Искать

Герои панк-рока по средам, ч.97: Damir Avdić (Босния и Герцеговина)

11.10.2017 10:04, Музыка: статьи


Алексей
Караковский

Дамир Авдич (Damir Avdić), также известный как Граха, Дипломат и Боснийский псих — андеграундный музыкант и исполнитель из Тузлы. О Дамире известно, по большому счёту, только то, что он родился в 1964 году. На протяжении многих лет Авдич играл в хардкор-панк группе «Rupa u zidu» («Отверстие в стене»), с которой записал три альбома и несколько клипов — до и во время войны.

Некоторое время, спасаясь от бедствий, Авдич пожил в США, но потом вернулся в Тузлу. Странствуя по городам бывшей Югославии, Дамир приехал в Любляну, где готовилась к постановке его пьеса. Встретив там свою будущую жену, Дамир остался в столице Словении, где по сей день активно занимается работой в сфере музыки и театра.

После распада группы Дамир предпочёл действовать в одиночку, аккомпанируя себе на электрогитаре. Агрессивные, политизированные тексты песен Авдича, полные слэнга и ненормативной лексики, очень контрастируют с его спокойной манерой держаться на сцене. Высокий, накаченный и бритологовый Дамир проговаривает свои радикальные призывы, абсолютно не напрягая связок, и это действует на слушателя намного сильнее, чем грохот электрических инструментов. Йерней Продник: «Высокий и плотный звук, напоминающий крики пациента психиатрической клиники, который бьётся о стены, кричит, но никто его не слышит. Тревожная пустота полна ломаных фраз электрической гитары, перегруженной дисторшном. Резкий голос гитары и лезвия текста действуют медленно и без купюр, как бритва. А внизу эти звуки текут как кровь. Вакуум, наконец, заполнен».

Дискография Авдича невелика, но названия альбомов впечатляют: «Mrtvi Su Mrtvi» («Мертвые мертвы», 2008), «Život je raj» («Жизнь — это рай», 2010), «Meine Kapital» («Мой Капитал», 2012), «Human Reich» («Человеческий рейх», 2013), «Manjina» («Меньшинство», 2015). Даже заголовки отдельных песен Авдича зачастую больно бьют по мозгам: «Революция прошла», «Бакунин», «Каталония, Спарта, Галиция», «Революционер Лев» (имеется в виду, очевидно, Троцкий), «Братство и единство», «Мы умерли». Кроме музыки Авдич известен своими книгами — на его счету четыре романа, сборник стихов «Где сестра?» (2011) и моноспектакль «Мост на Крови» (по всей видимости, про бои в боснийском городе Мостар). Про Дамира Авдича снят документальный фильм «Право человека на капитализм».

Первый альбом Авдича «…от колючек и укусов», вышедший в Загребе в 2004 году, был украшен перечёркнутым портретом Че Гевары; позднее этот сюжет был продолжен на обложке альбома «Мертвые мертвы». Авдич, всегда очень обстоятельно и вдумчиво отвечающий на вопросы интервьюеров, прокомментировал это следующим образом: «Этот альбом для взрослых — для тех, кто знает, что Че Гевара сейчас лишь бренд, как Diesel, Puma, Hilfiger. Сегодняшние баррикады — с узорами от Armani, поэтому те, кто на них находятся, не являются частью революции». В своих песнях Авдич поёт «о сумерках современного мира, контролируемого фальшивой религией, коммерческой революционностью и ложной демократией, выступающими в качестве прикрытия для капиталистической жестокости».

Излишне говорить о том, что многие критики принимают Авдича в штыки, считая маньяком и «Дон Кихотом, который борется с ветряными мельницами коммерциализации анархизма и социализма, неолиберализма, глобализма» (muzickazona.ba). Кроме этого в своей послевоенной пост-апокалиптической лирике Авдич часто обращается к обосновавшейся в коллективном сознании народа «югоностальгии». По его мнению, конформное и забитое «большинство» не заслуживает лучшего, чем бессмысленной жизни в мечтах об утерянной утопии — приукрашенной и идеализированной в воспоминаниях диктатуре маршала Тито. Дамир не боится петь о самых отвратительных проявлениях человеческой личности, о лицемерии, властолюбии, алчности — всему тему, что постоянно держит в напряжении балканскую пороховую бочку. Многие считают, что Авдич говорит прямым текстом то, о чём многие задумываются, но бояться сказать вслух. Арнель Шарич: «Дамир позволяет играть с нашими моральными принципами и убеждениями, не только вызывая страх, но и оказывая терапевтическое действие на души людей нашей страны. Нам нужен кто-то время от времени, кто напоминал бы нам, что независимо от того, насколько хорош человек, можно быть хорошим — но засранцем».

В своих немногочисленных интервью Авдич предельно конкретен и точен. Его формулировки можно растаскивать на цитаты.

«Страх во всём. Страх вселяется в нас всеми возможными способами. Страх и безнадежность. Терроризм был в Европе и в семидесятых, очень много. Взрывы бомб повсюду. Красные бригады, IRA, RAF, Рамирес Санчес — и всё это было в новостях. Какая сегодня первая новость у нас? Резня в школе в штате Орегон?! Почему это важно для нас? Почему это важнее, чем выращенные кукуруза и пшеница? Может быть, потому что мы не имеем дела с фермером, который производит тонну урожая зерновых за 50 евро, а тонну пшеницы за 80 евро? Вы знаете, сколько человек должен пахать, сеять, обрабатывать и собирать, чтобы получить тонну пшеницы?! Тогда почему хлеб не стоит пять центов, если тонна пшеницы так дешева? Я этого не знаю — потому что мне говорят о том, что происходит в штате Орегон, и потому, что они следуют за реалити-шоу с президентом США и его пушками, боясь, что это произойдет и у нас стране!»

«Капитализм предложил нам свою жизнь, и мы её приняли. Социализм был серым, капитализм предложил цвета. Социализм был полон ограничений, капитализм предложил свободу. При социализме мы работали с 7:00 до 3:00 в несколько смен, с гарантией медицины, социальных льгот, квартиры, курортов и жизни в одном и том же месте без большой мечты; капитализм предлагает мечту. Капитализм предлагает возможность получить то, чего нет. Социализм — это сложно. Предположим, у вас есть одна единственная пара джинсов, и если ваша задница смотрится в этих джинсах плохо, то получается, что у вас плохая задница. Какова альтернатива этому способу жизни? Я не знаю. Наше поколение осталось в противоречии между двумя реальностями. Мы сравниваем реальность с воспоминаниями. И воспоминания эти, в основном, романтичны. Но всё кончено! И вот мы застряли в этом так называемом переходе к капитализму. Наша политика — ни шагу вперед, ни шагу назад, потому что в обоих случаях мы в проигрыше. Политические изменения непопулярны. Поэтому мы будем продолжать удобрять хорватский мейнстрим — патриотизм и фашизм. Просто изучите историю явлений экстремизма. Экстремизм не появляется. Он здесь. Мы живем в экстремальном обществе».

«Ностальгия, однако, является нормальным явлением, но в этом регионе это идеологически ориентированная ностальгия. Это идиотизм и заблуждение, и мне противно, что молодым людям продают её незаконченную историю, таким образом, связывая их, заставляя жить в чужой памяти. У молодёжи свой собственный мир, своя музыка, свои группы, им не надо продавать ностальгию по 80-м. Может, сегодняшние молодые люди будут испытывать ностальгию по тем временам, но важно сделать что-то своё. Не было такого, чтобы прежде всё было хорошо, даже если сегодня всё плохо».

«Интересно, как сегодня ограничивается информация. Каждый день нам дают информацию, которая вроде бы свободно распространяется, и в то же время «жирной линией» подчеркиваются лишь некоторые события, которые наше подсознание принимает в качестве наиболее реальных, и мы даже сами не знаем об этом. Классическая психологическая война! И когда вы говорите о теории заговора, вы сразу оказываетесь в банальности, из которой нет выхода. Капитализм «macht frei» («освобождает»). Но, к счастью, существует немногочисленное меньшинство, которому удаётся остаться вовне, которое не верит в «проверенную информацию» и «неназванные источники». Свобода слова бьёт сильнее, чем махинации. Поэтому всё больше людей живёт на форумах под вымышленными именами. Странны эти наши пространства: либо ты фашист, либо предатель. Пёрнешь немного по-другому — и сразу предатель».

Что тут ещё скажешь?






Дополнительная информация