СН ЗВ. МУ (Пётр Мамонов и «Совершенно Новые Звуки Му») «Незнайка» (Отделение Мамонов/Отделение Выход)

Название альбома и группы на торце конверта и на обложке сокращено, зашифровано. Полная информация об издании вынесена на заботливо наклеенный стикер, он поясняет, что перед нами – «Последний альбом»…

Что ж, новых релизов Мамонов не выпускал давно, да и этот выпустить не успел. Его дело, после смерти артиста, продолжили друзья. Собственно, записи были готовы и вопрос издания и без Петра Николаевича – решен. «Совершенно Новые Звуки Му» – команда спаянная и сконцентрированная и на интересные аранжировки способная. Отметим и обозначенные на конверте влияния, музыкальное оформление композиций «на основе произведений Bonobo, Wagon Christ, Dj Crush, Dj Vadim, П. Чайковский» и т.д. Результат можно определить, как авангардный аудио-спектакль по книге, которую считают «детской». Но детские истории тогда бывали весьма психоделичны и фантастичны, так дышало время во всём мире. Они дают возможность для полета духа и в наши, более приземлённые, времена.

Альбом построен на противоречиях – организованности музыки/духа и свободы мысли/жеста. Истории «из Носова», излагаются с мамоновской сумрачно-дерганой интонацией, с привычными для него внезапными протуберанцами эмоций. Очень ясным становится ответ на вопрос – зачем нужен и как рождается психодел и авангард, зачем взрывать восприятие. Незнайка ведь действует «по обстановке», реагируя на вспышки чувств, а не на традиции и правила, но всегда получается позитивно и светло.

Произведения искусства иногда, со временем, меняют жанр и смысл, в них обнаруживается что-то, что автор может вовсе и не планировал… Носов не критиковал окружающий мир, он создавал современное искусство – отражал окружающие тенденции и, будто невзначай, предсказывал будущее. Альбом не такой, он скорее статичен, ему не до футурологии. В в памяти накрепко залипает изложение текста, жутковатое и загадочное и удивительные фразы: «Существовал в прошлом небольшой такой город…»; «в моей музыке никто ничего не понимает…»; «…как же так? Ему не нужен укол?»; «разве у меня синие волосы…»; «…с тех пор решил Незнайка больше не сочинять…»; «если ты не привык к такой музыке, у тебя уши будут болеть…»; «ну почему мне всё не так…»

История оказывается не только детским развлечением, но и поэтическим осознанием происходящего, формулированием, что такое хорошо, что такое свобода. Ведь говорить о Боге, о человеке, о душе на фоне дурнопахнущих теле-шоу, да ещё и не принятым в клерикальных структурах или официальных медиа языком, а прямо, так как думают и разговаривают кухни и улицы странно, правда? Но такие люди, как Мамонов, тем не менее, появляются, приходят во все времена и делают то, нужно всем. Формируется понимание и того, как же велик Носов и про кого идёт рассказ на альбоме. Про Мамонова? Про Незнайку? Получаются два лица русского архетипа, андеграунда, самосознания и самопрезентации. Буква «Н» тут работает, словно струя из брандспойта в лицо – Носов-то был Николай Николаевич, значит Незнайка – мечта писателя о себе? Символизм обложки говорит – это всё про наше прошлое, Солнечного и Цветочного городов больше нет, детства больше не будет. Мамонов же решает вопрос карднально – стрельбой по носителю имени на букву «Н», в песне, завершающей трек-лист, там это – Николай… Много детских книг тут можно вспомнить. Но «спеть-сыграть» их правду для нас пока что некому.

Tags:

Comments are closed

Архивы